Сергей Шишкарёв: «Безусловно, я буду выдвигаться в президенты ФГР»

Сергей Шишкарёв: "Безусловно, я буду выдвигаться в президенты ФГР"

Сегодня исполняется пять лет со дня избрания Сергея Шишкарева на должность президента Федерации гандбола России.

7 апреля 2015 года бизнесмен Сергей Шишкарев возглавил Федерацию гандбола России. За прошедшие пять лет вид спорта сделал большой шаг вперед, а женская сборная достигла феноменального успеха — выиграла Олимпиаду-2016 в Рио. Первый заместитель главного редактора «Спорт-Экспресса» Дмитрий Симонов и главный редактор сайта «Чемпионат.com» Евгений Слюсаренко взяли у Сергея Шишкарева большое интервью, в котором обсудили прошлое и будущее гандбола в нашей стране.

Изначально разговор должен был состояться в офисе в центре Москвы, но события развивались стремительно — буквально за несколько дней до заранее назначенной встречи в городе был введен режим самоизоляции. Следуя рекомендациям, мы перенесли встречу в формат видеосвязи. И начали разговор с вопроса, который задают сейчас друг другу примерно все: «Когда все это закончится?»

— Я не хочу быть похожим на обывателя, который, начитавшись различной информации, сопоставляет все то, что происходит в разных странах и делает серединный прогноз, — сказал Шишкарев. — Но могу сказать одно: судя по тем беспрецедентным мерам, которые принимаются властью (самоизоляция, строительство госпиталей, которые планируют создать к маю), совершенно очевидно, что ситуация будет длительная. И пока сложно прогнозировать динамику распространения заболевания по стране. По рейтингу заболеваемости населения и эпидемиологической ситуации Россия еще явно поднимется вверх.

— Как нынешние условия, связанные с пандемией коронавируса, повлияли на мировой гандбол и гандбол российский, а также лично на вас и ваш бизнес?

— В соответствии со всеми рекомендациями, мы приостановили чемпионат России. Когда объявляли это решение, сложно было предположить, с какой скоростью продолжит распространяться заболевание. На тот момент нам действительно казалось реальным завершить чемпионат в мае-июне. Однако ситуация пока далека от нормализации: режим самоизоляции в стране продлен до 30 апреля, матчи сборных и еврокубков предварительно переносятся не только на лето, но и на осень... Велика вероятность, что мы не сможем возобновить соревнования до июня.

Мы слышим, видим и реагируем на все предложения, и размышляем над разными вариантами вместе со всеми участниками чемпионата России. Кроме этого, я нахожусь в постоянном контакте с Европейской и Международной федерациями гандбола. На днях мы созванивались с доктором Хассаном Мустафой (президентом Международной федерации гандбола. — Прим. «СЭ») и господином Михаэлем Видерером (президентом Европейской федерации гандбола. — Прим. «СЭ»). Логично, что точного прогноза о развитии ситуации в мире ни у кого нет, поэтому все ограничиваются промежуточными решениями.

Мы, в свою очередь, не можем перепрыгнуть через головы и принять финальные решения до того, как о своих планах объявят наши руководители — начиная от правительства страны и заканчивая коллегами из Европейской и Международной федераций. Как только появится возможность внести полную ясность в вопрос продолжения чемпионата России, мы об этом объявим. Но могу заверить, что мы хотим обязательно соблюсти спортивный принцип. А с этой точки зрения, нам надо доиграть соревнования, проведя плей-офф. Календарь игр на вылет позволяет определить сильнейших, во-первых, справедливо, во-вторых, в сжатые сроки. Так что я рассчитываю на то, что чемпионат России в этом сезоне вернется и порадует болельщиков самыми интересными матчами.

Что касается группы компаний «Дело»: мы — крупнейший транспортно-логический холдинг в стране и находимся на передовой, ситуация для нас обстоит непросто. Несмотря на все ограничения, контейнеры продолжают ездить, суда — разгружаться и загружаться, потому что внешнюю торговлю и связи между предприятиями остановить нельзя. Сейчас мы оформляем окончательное владение компанией «ТрансКонтейнер». И на нас ложатся не только приятные хлопоты и заботы по ее развитию, но и реагирование на эпидемиологическую обстановку. Ведь эта компания, помимо обеспечения большого количества перевозок транзитных грузов через порты, работает также и на пунктах пропуска на границе с Китаем и Казахстаном.

Компания совместно с властями регионов внедрила меры по проверке экипажей приходящих судов с грузами, поездов прибывающих на наши терминалы. Мы делаем все, чтобы максимально защитить наших сотрудников, занятых в обработке грузов. Недавно у нас произошла следующая ситуация. Перед прибытием в Новороссийск на одном из рейсов нашего крупнейшего партнера у шести человек на борту поднялась температура. На это судно прибыли врачи, которые взяли пробы у членов экипажа и отправили их в Краснодар для проверки. Достаточно быстро мы получили результаты — оказалось обычные простудные заболевания.

При выборе названия для московского клуба возобладал эмоциональный подход

— Перенос Олимпиады на 2021 год восприняли с разочарованием или в какой-то мере это благо, учитывая состояние здоровья некоторых сборниц?

— Перенос Олимпийских игр нельзя воспринимать вне контекста происходящего. Если бы их перенесли по каким-то другим соображениям, было бы очень обидно. Как благо это однозначно восприниматься не может. Единственное, к 2021 году у нас и правда смогут восстановиться несколько важных травмированных игроков — прежде всего, говорю о Даше Дмитриевой.

Но, в отличие от других турниров, в случае с Олимпиадой у нас хотя бы появилась ясность со временем ее проведения. И вот эту ясность я воспринимаю, как позитив. Но подчеркну, если бы не было всей этой ситуации с коронавирусом, лучше, чтобы Олимпийские игры прошли вовремя. Я считаю, что у нас хорошая команда. Именно поэтому шутил с коллегами из сборной Нидерландов — мол, у них есть возможность поносить медали чемпионов мира, но в августе мы увидим, кто действительно сильнейший (Россия обидно проиграла голландкам в полуфинале ЧМ-2019 в Японии в декабре. — Прим. «СЭ»). Нидерландцам в этом плане повезло — могут радоваться своим медалям до 2021 года.

— Еще одно свежее событие. Много шума произвела история с переименованием гандбольного «Спартака» в ЦСКА. Зачем это нужно было делать? И как оцените репутационные риски, которые несет клуб?

— Когда обсуждалась идея создания мужских и женских гандбольных клубов в Москве, главная задача, как три года назад, так и сейчас, состояла в том, чтобы возродить гандбол в столице, где существует огромный потенциал. Многие знают мою любовь к футбольному «Спартаку», которому я в очередной раз произношу клятву верности. Могу наизусть произнести состав команды в 1980-е и 1990-е. А какие эмоции испытывал, когда еще в бытность депутатом довелось вместе сыграть в футбол со спартаковскими легендами. Признаюсь, что при выборе названия для гандбольного клуба у нас возобладал эмоциональный подход, и мы решили назвать команду «Спартак». На тот момент были хорошие партнеры, которые курировали взаимоотношения между федерацией и гандбольным «Спартаком». Со стороны футбольного клуба был контакт с тогдашним вице-президентом Наилем Измайловым, мы давно работали вместе с Сергеем Михайловым.

Но я хочу объяснить вам позицию с переименованием «Спартака» с точки зрения федерации и человека, который многие проблемы российского гандбола тащит на себе. Самая большая инфраструктурная задача, которая стоит передо мной и нашей командой — это строительство гандбольного дома в Москве. На сегодняшний день, в этом плане мы бездомны, ведь в столице у нас нет ни одного своего зала. Планируем строительство полноценной арены на 6-10 тысяч зрителей, где ко всему прочему будет располагаться офис федерации гандбола, музей, дополнительные тренировочные залы для проведения сборов, гостиница. Кроме этого, важна и коммерческая составляющая, чтобы у болельщиков спорта была возможность хорошо проводить время, гулять, отдыхать. А в те моменты, когда это возможно, мы бы хотели использовать зал для проведения концертов и соревнований по другим видам спорта. Многие знают, что рассматривался вариант со строительством арены рядом со стадионом «Открытие Арена». Там даже бетонное основание давно заложено. Но мы, имея проект и территорию, не можем сдвинуться с места.

Не буду скрывать, с момента появления гандбола в столице, у нас сложились хорошие и продуктивные отношения с Министерством обороны. И появление гандбольного женского клуба ЦСКА — это не только часть нашего плана, но и большая помощь, поддержка и идеологическое сопровождение. Девушки из основной команды ездят с мастер-классами в кадетские училища. В свою очередь, за нас приходят болеть военнослужащие. Вместе с Минобороны ФГР планирует выстроить пирамиду спортивной подготовки — проводить Спартакиаду вузов Минобороны, первенство Вооруженных сил среди кадетов и так далее.

Пару раз, когда девушки из ЦСКА приходили болеть за московский «Спартак», их представляли как почетных гостей. Я сейчас говорю про Дашу Дмитриеву, Екатерину Ильину — орденоносцев, заслуженных мастеров спорта. И в ответ звучал свист и далеко не приятные выражения. Я никого не осуждаю, но складывается определенное отношение ко всему этому. А что будет дальше? Как на одном стадионе, который будет расположен возле «Открытие Арены» и название которого так или иначе точно будет связано со «Спартаком», будут уживаться еще и болельщики, и игроки ЦСКА? А ведь наша задача сделать зал и для двух клубов, и для сборной.

Исходили и из всего вышеперечисленного, и от того факта, что работать под крышей одной административной структуры — тоже правильно, ведь это экономия расходов и уменьшение фонда заработной платы на персонал. Да и Москва не знала гандбольного «Спартака» никогда, Москва помнит и до сих пор любит 9-кратного чемпиона СССР, гандбольный ЦСКА.

— Почему клуб переименовали прямо сейчас, не дожидаясь окончания турнира?

— Изначально вся история с переименованием планировалась на конец сезона, но произошла после «Финала четырех» Кубка России в Перми, так как стало понятно, что в чемпионате наступает пауза на несколько месяцев. И когда рассмотрели все варианты, поняли, что есть возможность решить все административные задачи и использовать эту паузу. Если бы мы этого не сделали, я бы считал, что мы поступили неправильно.

От имени федерации хотел бы поблагодарить болельщиков, которые поддерживали «Спартак», и пригласить их переживать за гандбол, пускай и под другим брендом. Призываю слышать не только свои личные аргументы, основанные на эмоциях и преданности. Для нас главное — это развитие гандбола. И важно, чтобы в Москве были полноценные, сильные клубы. Я вас уверяю, рано или поздно в столице на гандбольных матчах будут аншлаги.

— Однако наследниками мужского ЦСКА себя позиционируют «Чеховские медведи». Замечали ли вы элементы ревности со стороны этого клуба?

— Я за свою пятилетнюю работу в качестве президента федерации ни разу не слышал, в чем это «позиционирование» наследия выражается. Что касается ревности, то ее не может не быть, ведь речь идет об угрозе и навязывании конкуренции, так как ЦСКА усилился в последнюю трансферную паузу. Оно было необходимо, чтобы дать возможность гандболистам сборной играть вместе. Тем же Игорю Сороке, Паше Атьману, Вите Кирееву это нужно. Видя такое усиление, «Чеховские медведи» понимают, что их доминирование может закончиться.

Здесь и ревность, и опасение. Но, если мы все-таки за гандбол, надо уметь проигрывать. Не призываю к этому — пусть победит сильнейший, но морально надо быть к этому готовым. Главное, чтобы эта ревность не превращалась в агрессию и была направлена на развитие нашего вида спорта. А иметь конкуренцию в мужском гандболе очень важно.

Показалось, что сборной нужна свежая кровь

— Хотелось бы услышать вашу позицию по поводу главного тренера мужской сборной — им назначен иностранец Велимир Петкович.

— Давайте начнем с того, что в этом году мы показали один из худших результатов на чемпионате Европы (сборная проиграла все три матча в первом раунде. — Прим. «СЭ»). Хуже был только 2018 год, когда мы вообще не отобрались на континентальное первенство. Мы предполагали и надеялись, что основой российской сборной команды станут наши гандболисты из македонского клуба «Вардар», а в нем выступали 6 игроков, привлекающихся в сборную, они имели хорошую возможность сыграться. И Сергей Самсоненко (владелец «Вардара». — Прим. «СЭ») искренне хотел помочь, но его личные финансовые проблемы предопределили то, что происходит сейчас с этим клубом. Это отразилось на состоянии и настроении Эдуарда Кокшарова, а, следовательно, и на выступлении сборной. Кроме этого, в силу разных причин, во время подготовки к чемпионату Европы был допущен ряд просчетов.

После этого начался серьезный, осмысленный поиск человека, который бы мог возглавить нашу сборную. У меня есть твердое убеждение, что среди специалистов, которые стоят сегодня у руля команд Суперлиги Париматч, таких людей нет. Теоретически можно было рассмотреть кандидатуру Владимира Салмановича Максимова, и разговоры на эту тему шли, но в который раз входить в одну и ту же реку не то, что сложно — скорее, не совсем правильно.

Мне и моим коллегам показалось, что нужна свежая кровь, человек, который комплексно подойдет к проблеме и будет сконцентрирован исключительно на работе в сборной, не совмещая ее с клубом. Человек, который попробует вместе с нами поставить и укрепить всю вертикаль системы гандбола в нашей стране, а не только первую команду.

Первым очень достойным кандидатом на эту позицию был Альфред Гисласон, и он действительно приезжал на очень серьезные переговоры. Его приезд в Россию ни для кого не был секретом. И как только он вернулся в уже родную для него Германию, ему позвонили из местной федерации и тоже пригласили на переговоры. Там обсуждался вопрос о его назначении главным тренером сборной Германии. Альфред сразу сообщил мне об этом, повел себя порядочно. Альфред сделал свой выбор в пользу Германии. Тут никаких обид.

Рассматривали еще несколько кандидатур, в обойме было четыре иностранных специалиста и, посовещавшись со многими экспертами, остановились на сербе Велимире Петковиче, у которого за спиной также огромный опыт работы в Германии. Тренер строгий, последовательный, но в то же время умеющий правильно работать с игроками. Для него это большой вызов, а нам нужен был человек с горящими глазами, который уже доказал свою состоятельность на клубном уровне.

Мы общались с ним три часа, он представил видение работы со сборной и с другими тренерами. У нас есть великое прошлое, но нет великого настоящего, так как многие олимпийские чемпионы, которые могли бы стать успешными тренерами, не получили должной практики в этой профессии. Сейчас мы с Велимиром на связи, он не теряет время — учит русский язык, рисует тактические схемы, консультируется с клубными тренерами и готов работать со всеми.

— Вы провели пять лет на посту президента федерации. Следующие пять — это построение чего-то нового или продолжение старого?

— Давать оценки мне и моей команде будут на выборной конференции. Также оценивать наш труд, я думаю, должны команды, болельщики и специалисты, которым не безразличен гандбол. Что касается прошедших пяти лет, то, безусловно, расслабляться было некогда. Когда я только пришел в федерацию, десяток задач приходилось решать параллельно.

Во-первых, нужно было разобраться с тем наследием, которое я получил, расформировать или переформатировать команду, предложив свою идеологию, разобраться с бюджетом, с конфликтной ситуацией в женской сборной. Думаю, многие помнят отказное письмо 2015 года. Сборной тогда фактически не было: Евгений Трефилов — отдельно, девочки — отдельно. Это нужно было быстро починить, ведь через три месяца начинались отборочные матчи чемпионата мира, без которого нельзя было попасть на Олимпийские игры в Рио-де-Жанейро. Что уж говорить, если осенью 2015-го в федерации оказался удален электронный ящик с международной перепиской за все годы.

Поэтому пятилетие, которое пронеслось как одно мгновение, я делю на следующие этапы: 2015 год был деятельным вхождением в курс дела, 2016 год — Олимпиада, затем — постолимпийское развитие, подчиненное тому, чтобы, налаживая и занимаясь внутренними вопросами, а именно чемпионатом страны, думать и об Олимпийских играх в Токио. Очень хотелось, чтобы туда смогли отобраться наши мужчины. Тот факт, что у них не получилось, является для меня самым большим разочарованием за весь период работы в федерации.

На момент моего прихода в ФГР бюджет федерации составлял 20 миллионов рублей. В первый год моей работы президентом он составил 90 миллионов рублей. И сейчас еще увеличился, за что отдельно хочу поблагодарить работников нашей коммерческой службы. Мы научились работать со спонсорами, и федерация сегодня имеет бездефицитный бюджет. Для нас стало достижением, когда на федеральном канале транслировался матч «Спартака» с «Чеховскими медведями», и уже не мы бегали, просили нас показать и платили за производство, а получили деньги за права на трансляцию, пусть и небольшие.

Безусловно, за последние пять лет кардинально изменилось присутствие гандбола в СМИ. Мы восстановили его в правах, вернули зрительский интерес. И, кстати, рейтинги весьма неплохие. Кажется, матч «Ростов-Дона» в Лиге чемпионов и вовсе оказался сравним с игрой питерского «Зенита». А сколько людей болели за нашу олимпийскую сборную — об этом и говорить не приходится.

Также не могу не упомянуть о программе развития гандбола, которая была принята после моего участия в Госсовете по спорту в 2016 году. Да, она не совсем насыщена финансовыми ресурсами, но, тем не менее, правильный идеологический документ и руководство к действию на ближайшие пять лет у нас имеется, и мы по нему работаем.

Главные, чисто спортивные итоги — это, прежде всего, победы на многих соревнованиях, в основном, конечно, в женском гандболе. Среди них особенно отмечу золото Олимпийских игр и золото юношеского чемпионата мира среди девушек в Кельце в 2018 году. На клубном уровне — выступления «Ростов-Дона» в Еврокубках: выигрыш Кубка ЕГФ в 2017-м, выход в «Финал четырех» Лиги чемпионов в 2018-м и в финал в 2019-м, когда всего один мяч оставил команду без победы.

Разочарований тоже было много, о чем-то и вспоминать не хочется. Тот же скандал 2017 года, когда несколько девушек из нашей молодежной сборной U-19 по итогам выступления на чемпионате Европы, где мы завоевали серебро, сдали положительные допинг-пробы. Три спортсмена — это лишение медалей и дисквалификация команды. Эта история отняла огромное количество сил. К примеру, мы провели беседы со всеми членами сборной, с руководителями и тренерами, с согласия девочек, мы проверили их на полиграфе и четко установили, что они не употребляли мельдоний самостоятельно, то есть это не была их инициатива. Тогда у нас началась работа по трем направлениям.

Во-первых, нужно было решать вопросы с Европейской федерацией, обращаться в апелляционный суд ЕГФ. Я ездил доказывал невиновность девушек, не только на словах, но и оперируя фактами. Во время проведения внутреннего расследования ФГР выяснилось, что препараты давались во время подготовки к чемпионату с нарушением всех инструкций, и никто из спортсменок даже не знал, что и для чего пьет.

Во-вторых, правоохранительные органы, которым мы во всем помогали, вели свою работу по данному делу. Расследование в рамках заведенного административного дела и доказало, что доктор давал девушкам эти препараты преднамеренно. Его фактическая дисквалификация позволила нам предоставить дополнительные аргументы для Европейской федерации гандбола и апелляционного суда ЕГФ.

Третьим направлением работы стала минимизация последствий. Естественно, медали девочкам никто не вернул, но их дисквалификацию ограничили 15 месяцами, при том, что максимальный срок мог достигать четырех лет. Штраф, кстати, также был минимальный. В итоге все три девочки вернулись на площадку, а одна из них, Антонина Скоробогатченко, уже является обладательницей серебряной медали чемпионата Европы 2018 года и постепенно становится одним из основных игроков национальной сборной.

В контексте разочарований скажу, что приходилось терпеть много гадостей, выдуманных историй о коррупционных нарушениях, которые «анонимно» передавались Виталию Мутко, затем Павлу Колобкову. Думаю, все это происходит, потому что далеко не всем нравится, что мы делаем, куда идем и чего хотим достичь.

Что касается будущего, то, конечно, в первую очередь надо заниматься восстановлением мужского гандбола. Я абсолютно не согласен с заявлениями, что его нет в регионах, что спортивные школы не справляются. Детско-юношеские школы работают, может, не настолько эффективно как с девчонками, но качественный процесс идет во многих регионах, в том числе в Краснодаре, Тольятти и Перми. Однако, если уместна аналогия, нам, как и в футболе, необходимо обеспечить более плавный переход 17-18-летних ребят в профессиональный спорт, а также увеличивать материальную и спонсорскую базы.

В завершении также хотел бы вспомнить о том, что после Олимпиады случились очень важные вещи, которые я условно записываю себе в актив. После Рио очень много специалистов были награждены орденами и медалями, стали заслуженными тренерами России. Орден Дружбы был вручен Евгению Васильевичу Трефилову, Левона Оганесовича Акопяна президент России наградил Медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» I степени, Михаил Серегин и Саит Альмяшев получили Медали ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени. Хотел бы еще раз особо поблагодарить Павла Сукосяна, Виктора Рябых, Василя Тхорева и весь тренерский штаб за то, что они помогли сплотить женскую сборную, наладить взаимоотношения в команде и качественно подготовить ее к нашим золотоносным Играм в Рио-де-Жанейро. И отдельных слов благодарности заслуживают детские тренеры, это их победа тоже.

Буду снова выдвигаться в президенты ФГР

— Собираетесь ли вы в ближайшие пять лет уделять внимание развитию и возвращению на былые позиции тренерской школы гандбола? Сейчас обе сборные тренируют иностранцы. Не все согласны, что это хорошо.

— Ваш вопрос резонный. В контракте Петковича прописано, что он должен подготовить молодых российских специалистов, которые смогут работать на уровне национальной сборной. И мы понимаем, что одна из самых больших проблем — это кадры. А значит, должны быть специалисты, которые смогли бы научить чему-то других.

В декабре прошлого года у нас впервые прошел тренерский семинар под эгидой Европейской федерации гандбола. В нем участвовало более 40 человек. И они не просто пришли за лицензией, а реально стремились получить новые знания.

У нас есть идея создать курсы повышения квалификации, где бы преподавали те великие люди, о которых мы уже говорили. Кстати, Евгений Трефилов работу в этом направлении уже ведет. Он ездит по регионам и высматривает не только перспективных девушек-гандболисток, но и молодых специалистов, которые тренируют в училищах олимпийского резерва, чтобы кого-то подтягивать на новый уровень. В частности, у меня на примете уже есть молодая семейная пара из Тольятти, которая готова переехать в Новороссийск и работать с детьми с перспективой роста до команд Суперлиги и возможности претендовать на то, чтобы тренировать сборную. В то же время хочу сказать, что все-таки нам не всегда хватает инфраструктуры, мест, где все необходимое для подобных семинаров было бы собрано в одном месте.

— Последний мужской турнир стал большим разочарованием с точки зрения поведения людей внутри команды. Возможно ли, что кто-то из спортсменов больше не будет вызываться в сборную по поведенческим причинам, а не спортивным?

— Фамилии я называть не буду, но по первому сбору Петковича вы сами увидите, кого в составе не окажется. Я не сторонник выносить сор из избы, но ошибки были совершены и мной, в частности. Недоверие к определенным людям росло на протяжении нескольких турниров, однако в какой-то момент мы не настояли на жестких мерах.

Однако, когда в сборной существует деление на стариков и молодых... Когда разговор на площадке во время тренировок идет по принципу «я — начальник, ты — дурак» в матерной форме... Когда судьбу матча можно и нужно решать одним броском, а те, кто этого не сделал, начинает следующее утро весело и непринужденно... Когда есть отдельно команда «Вардар» и отдельно вся остальная сборная... Когда после проигрыша от Исландии и потери шансов на выход из группы, вместо того, чтобы сплотиться, один из игроков стоит и матом рассказывает команде, что не стоит расстраиваться, мол, проиграли и проиграли... Смириться и понять это на человеческом и патриотическом уровне просто нельзя. И я говорю в очень мягкой форме. Флаг и гимн для некоторых был пустым звуком. Перед выездом на первый матч чемпионата Европы с Венгрией я общался с командой, а потом мне прислали фото, на котором видно, как во время моего выступления один из игроков сидит в телефоне, отправляет кому-то смайлики вместо того, чтобы сосредоточиться на далеко не пустых словах президента федерации. А кто-то в тот момент и вовсе говорил мне что-то вроде: «Николаич, не парься, ща выйдем и всех разнесем». И ведь шансы действительно были — и венгров могли одолеть, и датчан затем тоже. А прошли бы дальше, кто знает, как бы сложилась судьба?

Говорю очень поверхностно, хотя и так на целую книгу информации набирается. Пройдет время — вынужден буду и вовсе все рассказать. Ух, не поздоровится тем, кто про себя прочитает, ведь это все действительно было. Стыдно за этих ребят, за поколение, которое прожив гандбольную жизнь, пусть и выиграло что-то в иностранных клубах, но в российской сборной не добилось никаких результатов.

— Хотелось бы узнать, как обстоят дела у Евгения Трефилова, как его самочувствие, тем более в свете событий, связанных с коронавирусом?

— Жизнь моя немыслима без Евгения Васильевича! Общаемся каждый второй день. И обязательная тема наших разговоров — его здоровье. Не скрою, что по осени мне пришлось настоять и затащить Евгения Васильевича к Амирану Шотаевичу Ревишвили в центр им. Вишневского, чтобы проверить его состояние. Этот поход к врачу был очень своевременным, а кроме прочего, эти два человека сошлись как великие представители своих профессий.

Евгению Васильевичу были даны рекомендации, через полгода с момента операции уточнен список препаратов. Его здоровье соответствует статусу перенесенной операции. Я настойчиво рекомендую ему (а он — мне) следить за своим весом, меньше нервничать, потому что сердце небезразличного человека не все выдерживает. Ведь он продолжает работу в качестве почетного президента «Кубани», периодически заходит к команде, дает корректирующие установки и в перерывах, и после матчей.

Трефилов активно трудится и по другим направлениям. Он меняется как раз в сторону того, что мы от него ждем: передача опыта, работа с молодым поколением. Евгений Васильевич уже пытается кого-то подтащить на свой уровень. И не историями про колхоз, курятник и мотоцикл, которые так любят журналисты и болельщики, а профессионально, с точки зрения организации и правильной постановки вопросов подготовки управленческих и тренерских кадров, за что я ему очень благодарен. При этом, хочу отметить, он не вмешивается в работу Амброса Мартина, уважая его суверенное право на руководство сборной. Трефилов только дает рекомендации, рассказывая нам о своих наблюдениях.

— Будете ли вы избираться на новый срок? И как будет проходить Конференция, где пройдут выборы?

— Есть два принципиальных вопроса. По правилам мы должны провести ее после Олимпиады и до окончания календарного года. Но Игры перенесены. С другой стороны, в декабре 2016-го конференция избрала меня и исполком и назначила генерального директора на четырехлетний срок. Мы решили ориентироваться на российские законодательные нормы, а значит, будем проводить конференцию в этом году.

Если ситуация с пандемией коронавируса уляжется, и мы начнем работать в привычном режиме, то проведем конференцию традиционно в декабре, в паузе между соревнованиями. А может, приурочим ее к какому-нибудь интересному гандбольному событию, которое пройдет в это время.

Безусловно, я буду выдвигаться в президенты ФГР. Надеюсь, что буду избран и все те оппоненты, о которых мы вспоминали, не станут создавать серьезных препятствий. С другой стороны, вы знаете, что я боец, закаленный в политических баталиях, и готов сражаться. Однако, рассчитываю, что до этого не дойдет.

Я готов к любому диалогу, умею слушать и не хочу превратиться в человека, выставляющего себя всезнайкой, не хочу корчить из себя большого специалиста, хотя во многих аспектах за пять лет можно и нужно было разобраться. Всех, кто приходит к нам с желанием помочь, взаимодействовать, мы всегда слушаем, слышим. И со всеми таким людьми готовы сотрудничать. Буду рад, если в рамках конференции состоится цивилизованная дискуссия, без криков и воплей, как раньше. И с точки зрения начатого дела, не хочется бросать все в середине или даже в начале пути.

— Насколько вы считаете имеющееся сейчас взаимодействие с Международной федерацией гандбола и Европейской федерацией гандбола удовлетворительным и перспективным для российского гандбола?

— Наши отношения мы укрепили партнерством с группой компаний «Дело», ставшей титульным спонсором женской Лиги чемпионов. Сказать по правде, это совсем иные цифры, чем в мужском гандболе — затраты гораздо меньше. Однако с точки маркетинга и оценки как собственника компании, это очень полезное и нужное сотрудничество, потому что наш бренд можно увидеть и во время трансляции, и на атрибутике. Так что отношения близки к идеальным. А как федерацию нас уважают и европейские, и международные партнеры.

В конце февраля состоялся первый за долгое время полноценный визит в нашу страну президента Европейской федерации гандбола Михаэля Видерера. Он встретился с руководителями Олимпийского комитета России, с представителями ФГР, увидел порт в Новороссийске, посмотрел, как работает транспортный комплекс, пообщался с руководством Ростовской области, посетил интереснейший матч «Ростов-Дона» в Лиге чемпионов, увидел, как мы организуем гандбольные игры и как у нас болеют за этот вид спорта. И Михаэль остался в восторге от того, что увидел в России.

С доктором Хассаном Мустафой мы на контакте: списываемся, созваниваемся, особенно в эти тяжелые моменты. Мы планировали, что он приедет на празднование 40-летия московской Олимпиады. Но, судя по всему, из-за коронавируса этот визит не состоится. Однако напомню, что в последние годы Мустафа был в России на юношеском чемпионате мира в Екатеринбурге и на Олимпийском квалификационном турнире в Астрахани. Когда все наладится, думаю, Мустафа приедет к нам снова. Мы продолжаем совместную работу. Кстати, Международная федерация гандбола, реализуя свои программы развития гандбола, активно помогает нашим гандбольным школам, передает инвентарь: детские мячи, ворота, манишки.

Отмечу, что Мустафа очень требовательно, заинтересованно и по-человечески тепло интересовался здоровьем Трефилова. В их разговоре я выступал в качестве переводчика. К слову, труд Евгения Васильевича высоко оценен — он представлен к высшей награде Международной федерации гандбола.

sport-express.ru

Источник: hand-ball.ru